Кража из кармана квалификация

Кража из одежды, сумки и другой ручной клади

Кража из кармана квалификация

Яни Павел Сергеевич, профессор юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, доктор юридических наук, профессор.

Рассматриваются вопросы квалификации хищений по п. “г” ч. 2 ст. 158 УК РФ, в том числе связанные с пониманием категорий ручной клади, нахождения при потерпевшем, осознания указанных обстоятельств.

Ключевые слова: кража из одежды, сумки и другой ручной клади.

Stealing from clothes, a bag or other hand luggage

P.S. Yani

Yani Pavel Sergeyevich, LLD, Prof., Professor, Faculty of Law, Lomonosov Moscow State University.

The article considers the issues of classification of thefts under Article 158, part 2, para. “d” of the Criminal Code of the Russian Federation, in particular, those related to understanding the categories of hand luggage, possessing by a victim, recognizing the above circumstances.

Key words: stealing from clothes, from a bag and other hand luggage.

В пункте “г” ч. 2 ст. 158 УК РФ квалифицирующим кражу признаком названо ее совершение из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем.

Понятие одежды и сумки толкуется в их общеупотребительном смысле. Ручная кладь – обозначение широкое, это поклажа, которую можно переносить на себе, не обязательно в руках.

Различные словарные значения этого термина приведены на сайте: http://worklib.ru/dic/D0%>BA%D0%>BB%D0%>B0%D0%>B4%D1%>8C/.

Возникла дискуссия о вменении обсуждаемого признака при хищении телефона из чехла, который владелец носит на шнуре либо на поясе. Со ссылкой на словарное определение сумки и чехла предлагается в первом случае чехол не считать сумкой и соответствующий признак не вменять, а во втором – признать чехол частью одежды, ремня, и данный признак, напротив, вменять .

См.: Лопашенко Н.А. Посягательства на собственность: Монография. М.: Норма; Инфра-М, 2012. Если не оговорено иное, в частности, не приведены страницы издания, ссылка сделана на источники (нормативные и научные, а также на судебные решения), опубликованные в СПС “КонсультантПлюс”.Вместе с тем можно, думается, рассудить и так, что всякое находящееся при владельце приспособление для хранения и переноса имущества вне зависимости от его размеров и конструкции надо признавать ручной кладью.

Например, ГОСТ 28631-2005 распространяется на сумки, чемоданы, портфели, ученические ранцы, папки, изделия мелкой кожгалантереи .

И если, скажем, в моду войдут микроклатчи размером с тот же чехол для телефона, предназначенные исключительно для помады, пудры и туши (а, может, кстати, еще и для гаджета!), то хищение из них, клатчей, нужно будет квалифицировать по п. “г” ч. 2 ст. 158 УК.

Не обязательно емкость, но и, скажем, узелок на палке; и тогда изъятие с палки незаметно для владельца и третьих лиц собственно узелка (а не только содержимого узелка) будет образовывать тайное хищение из ручной клади.
http://standartgost.ru/g/%D0%93%D0%9E%D0%A1%D0%A2_28631-2005

Конечно, чрезмерно расширять перечень объектов ручной клади нельзя. К ней нужно отнести, например, футляр, в котором перевозится музыкальный инструмент или оружие, клетку с домашними животными и т.д.

Но не будут признаны ручной кладью, к примеру, закрепленные на волосах, шее, руках, ногах цепочки, веревочки (“фенечки”), на которых носят не прикрытые одеждой кольца и иные ювелирные изделия, могущие стать предметом тайного хищения.

При квалификации краж “нельзя вменять указанный признак… если крадутся сами сумки, одежда, находящиеся при потерпевшем. Необходимо, чтобы лицо проникало внутрь сумки, ручной клади, в карманы одежды” . Соглашаясь с квалификацией деяния по п. “г” ч. 2 ст.

158 УК, Мосгорсуд указал: “Доводы кассационных жалоб о том, что Н.

не совершал кражу из сумки, находившейся при потерпевшем, что предметы хищения находились в пакете, то есть иной ручной клади, что пакет не был в руках у потерпевшего, а находился рядом с ним, поэтому действия осужденного квалифицированы неверно, являются несостоятельными.

Как следует из показаний свидетелей, после совместного распития потерпевшего с Н. спиртных напитков потерпевший задремал. В это время Н.

, сидевший рядом с потерпевшим, оглядевшись по сторонам и убедившись, что за его действиями никто не наблюдает со стороны, взял полиэтиленовый пакет с ручками, лежавший под ногой потерпевшего, откуда достал предмет, похожий на мобильный телефон, а также зарядное устройство и гарнитуру к телефону, которые положил в карман своих брюк, а полиэтиленовый пакет положил обратно потерпевшему, после чего направился в сторону подземного пешеходного перехода, но был задержан” .

Лопашенко Н.А. Указ. соч.
Кассационное определение Московского городского суда от 18 марта 2013 г. по делу N 22-2327.

Изъятие имущества может происходить не только из карманов одежды, но и из ее складок или рукавов, когда владелец снял ее, сложив или повесив неподалеку, в зоне своего контроля.

“Из одежды” нужно понимать и как “из-под одежды” – так похищаются прикрытые одеждой украшения, например, носимые под плащом или шалью кулоны на шейной цепочке, надетые на руку браслеты, закрытые в момент хищения рукавами одежды.

Однако если, допустим, похищается шарф, наброшенный на висящий на стуле пиджак, то содеянное нельзя расценить как хищение именно “из одежды”.

Все эти предметы: одежда, ручная кладь – должны, как указано в законе, находиться при потерпевшем, что нужно понимать как их нахождение под его контролем.

Поскольку такой контроль означает более высокую степень защиты имущества, это и требует для ее преодоления применения вором особых криминальных приемов тайного изъятия такого имущества.

Например, когда снятое в ресторане пальто владелец повесил, положил в зоне своего обзора либо осязания (на спинку своего стула), то тем самым он контролирует доступ к содержащимся в пальто (карманах, рукавах) ценностям.

Когда же владелец сидит спиной к находящемуся далеко от него пальто, то эту одежду нельзя определить как находящуюся “при потерпевшем”; и если из пальто похищается телефон или шапка, признак хищения из одежды отсутствует.

Подконтрольность одежды и ручной клади владельцу как дифференцирующее ответственность обстоятельство должна осознаваться виновным, в противном случае, то есть когда, допустим, вор ошибочно полагает, будто за оставленной владельцем сумкой потерпевший не наблюдает и, стало быть, не создаст особых препятствий для изъятия из нее имущества, данный признак похитителю вменен быть не может.

Также исходя из строгого толкования текста закона получается, что, если сумка, иная ручная кладь находятся не при потерпевшем, а при, например, лице, которое согласилось или было обязано в силу выполняемой работы (скажем, работы гардеробщика) за ней присмотреть, пока владелец отсутствует, хищение из такой сумки не должно квалифицироваться по п. “г” ч. 2 ст. 158 УК даже в случае, когда вор применяет особые криминальные умения, чтобы имущество из нее изъять. В этом видится явный законодательный пробел.

Согласие присмотреть во время отлучки владельца за вещью, выраженное, например, попутчиком, не может быть расценено как принятие этой вещи во владение; стало быть, “присматривающий” не становится потерпевшим от хищения.

Вор может похищать из одежды или сумки, осознавая – не будучи, однако, в этом уверен! – лишь возможность наблюдения за его действиями владельца либо третьих лиц, которые, по его предположению, из-за страха не станут ему препятствовать.

Стало быть, по отношению к соответствующей обстановке совершения преступления, затрудняющей реализацию его цели, умысел у виновного – неопределенный.

Поэтому установление факта подобного наблюдения со стороны названных лиц требует вменения посягателю состава не кражи, а грабежа.

Однако если в действительности никаких лиц, наблюдающих за хищением и адекватно оценивающих действия похитителя, не было, то содеянное станет квалифицироваться как кража. Но можно ли при этом вменять виновному обсуждаемый признак? Данный вопрос порожден той логикой, которой руководствуются суды при исключении данного признака из обвинения в краже у мертвого либо спящего.

Суды трактуют анализируемый признак ограничительно, отрицая его наличие в деянии, когда имущество похищается из одежды трупа .

И хотя в некоторых случаях суды соглашаются с его вменением, когда хищение имущества происходит из одежды спящего , более распространенной является практика, данный признак при указанных обстоятельствах исключающая: “По смыслу уголовного закона, хищение имущества из одежды потерпевшего, который в силу своего состояния, обусловленного, в частности, сном, сильным опьянением или потерей сознания, не контролирует сохранность своего имущества и лишен возможности обнаружить и пресечь действия виновного, а виновное лицо это осознает, не может влечь уголовную ответственность по п. “г” ч. 2 ст. 158 УК РФ” .

Источник: https://WiseLawyer.ru/poleznoe/91480-krazha-odezhdy-sumki-drugoj-ruchnoj-kladi

Кража из одежды и ручной клади

Кража из кармана квалификация

Последние изменения в постановление ПВС РФ от 27.12.2002 №29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» касаются актуальных вопросов судебной практики. Одно из наиболее значимых разъяснений являются разъяснения по применению п. «г» ч. 2 ст.

158 УК РФ, предусматривающего квалифицирующий признак кражи из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем. Втаких случаях суду в первую очередь необходимо установить, находилось ли имущество при потерпевшем. Похищаемое имущество должно находиться на потерпевшем.

 Например, при краже из карманов одежды, надетой на потерпевшем, или из находящегося на потерпевшемрюкзака или в его руках (кража из сумки, портфеля). 

В п. 23.1 Постановления 29 закреплена позиция, согласно которой имущество, находящееся в непосредственной близости от потерпевшего,также может рассматриваться как находящееся при нем.

Основным ориентиром для судов, должно стать размещение потерпевшим своего имущества в такой близости от себя, которая с очевидностью для других указывает на то, что имущество принадлежит именно ему.

Ведь человек, ожидая своего поезда, не случайно кладет свою сумку на сиденье дивана рядом с собой, а следуя в общественном транспорте, ставит чемодан под свое кресло или рядом с ним. Разместив таким образом свои вещи, человек как бы говорит окружающим, что это его вещи, они принадлежат ему.

Очевидно, что указать конкретное расстояние до имущества невозможно. Не важен визуальный контроль за ним.

Ситуации, когда имущество потерпевшего постоянно находится при нем, кардинально отличаются от тех, при которых он, например, сдает свои вещи в камеру хранения, или оставляет их, по разным причинам, в транспорте, на вокзале, покидая, хотя бы и временно, место их нахождения. ИЗ ПРАКТИКИ. Например, виновный водитель такси после того, как потерпевшая вышла из машины на несколько минут, похитил из ее сумки кошелек с деньгами. В данном случае, хотя кража и совершена из сумки, однако сумка в момент похищения не находилась при потерпевшей, а потому кража не может быть квалифицирована по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ.Особенности состояния потерпевшего

Ответственность по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ наступает лишь при краже имущества у живого человека. Если тайное хищение совершается из одежды, сумки или иной ручной клади после наступления смерти потерпевшего, указанный квалифицирующий признак будет отсутствовать.

Наибольшее расхождение в правоприменительной практике вызывали случаи, когда потерпевший находился в состоянии опьянения или спал. Часть судов в этих случаях отказывала в наличии указанного квалифицирующего признака. Суды ссылались на то, что законодатель, вводя этот признак в ч. 2 ст.

158 УК РФ, указывал на повышенную общественную опасность таких преступлений, как карманные кражи, которая выражаетсяв наличии у виновного специальных навыков и особой дерзости, игнорировании опасности быть пойманным на месте преступления.

 Поскольку хищение совершается у спящего, который в силу своего состояния утрачивает физический контроль над своим имуществом и его сохранностью, умыслом виновного охватывается существенное снижение вероятности быть застигнутым на месте преступления, что снижает степень общественной опасности содеянного и не может не сказаться на квалификации содеянного.

Другие суды признавали, что особенности физиологического состояния потерпевшего не влияют на квалификацию действий виновного лица поп. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Это следует из диспозиции закона, в которой отсутствуют ссылки на состояние потерпевшего, а определяющим обстоятельством признается лишь факт нахождения предмета преступления при потерпевшем (в одежде, сумке, иной ручной клади). Пленум дал следующее разъяснение: «Особенности состояния потерпевшего (например, сон, опьянение, потеря сознания, психическое расстройство и т. п.

) значения для квалификации преступления по пункту „г“ ч. 2 ст. 158 УК РФ не имеют, так как использование субъектом преступления состояния потерпевшего не исключает его умысла на хищение из одежды, сумки или другой ручной клади и лишь указывает на тайный характер такого хищения». Это разъяснение не противоречит замыслу законодателя.

Оно учитывает, во-первых, избранный им способ правового запрета, отсылающий к признакам объективной стороны, а не к личности «профессионального» преступника или таким особенностям субъективной стороны, как осознание им состояния потерпевшего. Во-вторых, такой подход наиболее точно отражает потребности общей превенции уголовно-правовой нормы.

Она направлена на преследование не только состоявшихся «карманных» воров, но и любого лица, которое уподобится им, переняв специфические способы кражи, а возможно, и посягнет обучиться «ремеслу», совершенствуя навыки на спящих или нетрезвых потерпевших.

Что же касается физического или визуального контроля потерпевшего над своим имуществом, то применительно к краже как хищению, имеющему тайный характер, такое определение является искусственным. Как подчеркнуто в разъяснении Пленума, вызывавшие споры особенности состояния потерпевшего являются лишь одним из проявлений тайного характера действий виновного. Это частный случай наряду с множеством других обстоятельств, которые могут свидетельствовать о том, что ни потерпевший, ни окружающие не наблюдают или не осознают преступных действий похитителя. Потерпевший может отвернуться от своей сумки, может задуматься, читать книгу или отвлечься на телефонный разговор. Любое поведение потерпевшего (не только его бессознательное состояние), которое может облегчить незаметное изъятие его имущества, облегчает реализацию умысла на кражу

Источник: https://pershickow.ru/krazha-iz-odezhdy-i-ruchnoj-kladi/

Квалификация преступления по п. г, ч.3 ст. 158 УК РФ

Кража из кармана квалификация

  • Государственный обвинитель, просил переквалифицировать действия подсудимого Беляева Ю.А. с п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ на п. «в» ч. 2 ст.

    158 УК РФ в связи тем, что по смыслу закона, квалифицирующий признак хищения – «с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств» может иметь место только при хищении безналичных и электронных денежных средств путем их перевода в рамках применяемых форм безналичных расчетов в порядке, регламентированном ст.

    5 Федерального закона от 27 июня 2011 г. N 161-ФЗ «О национальной платежной системе». В соответствии с п. 19 ст.

    3 вышеуказанного Федерального закона от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», электронное средство платежа – это средство и (или) способ, позволяющие клиенту оператора по переводу денежных средств составлять, удостоверять и передавать распоряжения в целях осуществления перевода денежных средств в рамках применяемых форм безналичных расчетов с использованием информационно-коммуникационных технологий, электронных носителей информации, в том числе платежных карт, а также иных технических устройств. Принимая во внимание, что Беляев каких-либо действий по переводу денежных средств в рамках применяемых форм безналичных расчетов не совершал, т.е. не совершал незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или на сами информационно-телекомунникационные сети путем ввода, удаления, блокирования или модификации компьютерной информации, а похитил денежные средства потерпевшей путем получения наличных денежных средств через банкомат и оплачивая покупки в магазине зная пин-код банковской карты, в его действиях отсутствует квалифицирующий признак хищения чужого имущества «с банковского счета». Таким образом, считаю, что действия Беляева, выразившиеся в краже денежных средств путем снятия их в банкомате с банковской карты потерпевшей и оплаты данной картой покупок в магазине на общую сумму 21 352 рубля, необходимо квалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

  • Согласно действующему закону, квалифицирующий признак хищения – «с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств» может иметь место только при хищении безналичных и электронных денежных средств путем их перевода в рамках применяемых форм безналичных расчетов в порядке, регламентированном ст.

    5 Федерального закона от 27 июня 2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе». 

    В соответствии с п. 19 ст.

    3 вышеуказанного Федерального закона от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», электронное средство платежа – это средство и (или) способ, позволяющие клиенту оператора по переводу денежных средств составлять, удостоверять и передавать распоряжения в целях осуществления перевода денежных средств в рамках применяемых форм безналичных расчетов с использованием информационно-коммуникационных технологий, электронных носителей информации, в том числе платежных карт, а также иных технических устройств. 

    Беляев каких-либо действий по переводу денежных средств в рамках применяемых форм безналичных расчетов не совершал, т.е. не совершал незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или на сами информационно-телекомунникационные сети путем ввода, удаления, блокирования или модификации компьютерной информации, а похитил денежные средства потерпевшей путем получения наличных денежных средств через банкомат и оплачивая покупки в магазине зная пин-код банковской карты, в его действиях отсутствует квалифицирующий признак хищения чужого имущества «с банковского счета».

    Таким образом, действия Беляева, выразившиеся в краже денежных средств путем снятия их в банкомате с банковской карты потерпевшей и оплаты данной картой покупок в магазине на общую сумму 21 352 рубля, необходимо квалифицировать по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину

    При этом для исключения из квалификации действий Беляева квалифицирующего признака «хищения чужого имущества с банковского счета» не требуется исследования собранных по делу доказательств, поскольку необходимость изменения квалификации следует из предъявленного обвинения и фактические обстоятельства при этом не изменяются.

    Преступление, предусмотренное п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ согласно ст. 15 УК РФ относится к категории средней тяжести.

     

    В судебном заседании установлено, что Беляев Ю.А. впервые привлекается к уголовной ответственности, имущественный вред, причиненный преступлением, возмещен в полном объеме путем возврата похищенного имущества, потерпевшая Б. не возражает против прекращения уголовного дела, в связи с применением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

  • Ссылаясь на положения ст.

    5 Федерального закона от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платёжной системе» судебная коллегия указала, что соответствующий квалифицирующий признак совершения хищения с банковского счёта может иметь место только при хищении безналичных и электронных денежных средств путём их перевода в рамках применяемых форм безналичных расчётов в порядке, регламентированном указанной правовой нормой. Неотъемлемым признаком объективной стороны такого преступления – хищения с банковского счёта, будет обязательное оказание незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или на сами информационно-телекоммуникационные сети. В противном случае, учитывая тайный способ хищения, действия должны быть квалифицированы как кража, даже если снятие денежных средств совершено путём использования учётных данных собственника, полученных путём обмана последнего или использования его мобильного телефона. Не образует состава указанного преступления хищение чужих денежных средств именно с банковского счёта путём использования заранее похищенной или поддельной платёжной карты для выдачи наличных денежных средств посредством банкомата.

  • Равно как не усмотрел суд апелляционной инстанции указанного признака при краже денежных средств с банковского счёта ПАО Сбербанк, принадлежащего С., с использованием ошибочно подключённой на абонентский номер телефона, находящегося в пользовании виновного, услуги «мобильный банк», в связи с чем, действия Г.

    по похищении денежных средств на общую сумму 1000 рублей расценены как мелкое хищение, влекущее административную ответственность.

    Обвинительный приговор суда первой инстанции отменён с вынесением оправдательного приговора в отношении Г.

    , в виду отсутствия в его действиях состава уголовного преступления с признанием за ним права на реабилитацию (дело № 22-7617/2018).

  • Источник: https://zakon.ru/discussion/2020/2/3/kvalifikaciya_prestupleniya_po_p_g_ch3_st_158_uk_rf

    Поделиться:
    Нет комментариев

      Добавить комментарий

      Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.