Кража с банковской карты квалификация

Проблемы квалификации кражи, совершенной с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 УК РФ)

Кража с банковской карты квалификация

Слукина, Е. В. Проблемы квалификации кражи, совершенной с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 УК РФ) / Е. В. Слукина. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2019. — № 52 (290). — С. 179-181. — URL: https://moluch.ru/archive/290/65744/ (дата обращения: 21.11.2020).



Прочно вошедшие в повседневную жизнь россиян правовые отношения, связанные с безналичными расчетами по картам, очень быстро стали объектом, привлекшим внимание лиц из криминальной среды.

Федеральным законом от 23 апреля 2018 года № 111-ФЗ, вступившим в законную силу 4 мая 2018 года, статья 158 УК РФ, предусматривающая ответственность за совершение кражи, дополнена квалифицирующим признаком — п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ — с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 УК РФ).

Между тем в настоящее время нет разъяснений Верховного Суда РФ относительно применения указанной статьи, нет четкого понимания понятия «кража, совершенная с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств». При этом такие действия виновного могут найти разную уголовно-правовую квалификацию.

В самой формулировке ст. 158 УК РФ заложена необходимость разрешения проблемы, как в теории уголовного права, так и в практике правоохранительных и судебных органов, — это отграничение данного квалифицированного состава преступления от состава преступления, предусмотренного ст. 159.3 УК РФ: кража или мошенничество.

В научной литературе обращается внимание на тот момент, что достаточно сложно определить эту грань, которая заложена между кражей и мошенничеством [4].

Указанная смежность, в первую очередь проявляется в объекте и предмете указанных составов преступлений.

Правовой анализ субъектов и субъективных сторон данных преступлений так же не способствует выявлению специфичных признаков, которые, безусловно, способствовали бы отграничению рассматриваемых преступлений.

В данном случае необходимо сравнивать объективные стороны данных преступлений. Проведение такого сравнительного анализа объективных сторон преступлений, закрепленных в п. «г» ч. 3 ст. 158 и ст. 159.

3 Уголовного кодекса РФ позволит найти общие признаки, а также специфичные признаки свойственные только каждому из них.

При этом важно отметить, что как кража, так и мошенничество являются разновидностью хищения.

В силу того, что кража в уголовном законодательстве РФ рассматривается как тайное хищение, то в отличие от мошенничества, при данном виде хищения преступник не входит в контакт с сознанием потерпевшего либо иного лица, с целью совершения кражи имущества, то есть приведённые составы преступления отличаются способом совершения преступления.

Так Верховный Суд Российской Федерации указал на то, что «не образует состава мошенничества хищение чужих денежных средств путем использования заранее похищенной или поддельной платежной карты, если выдача наличных денежных средств была произведена посредством банкомата без участия уполномоченного работника кредитной организации» [3]. В этом случае содеянное следует квалифицировать по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, это связано с тем, что виновный действует тайно, в отсутствии держателя карты или иных лиц, во-вторых, если и присутствуют иные лица, то его действия не становятся открытыми для них, в-третьих, субъект кражи не воздействует на сознание и волю другого лица, а взаимодействует с механическим устройством, то есть банкоматом, который автоматически обрабатывает операции по банковскому счету, привязанному к используемой карте.

Так, приговором Майминского районного суда Республики Алтай от 11 апреля 2019 года М. осужден по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ за то, что имея в распоряжении переданную собственником банковскую карту и зная пин-код, снял с данной карты денежные средства в банкомате.

Мошенничество же в свою очередь является преступлением, где виновное лицо использует обман или злоупотребление доверием.

Первоначальная цель данного способа хищения — ввести в заблуждение другое лицо. Конечная же цель состоит в пробуждении у потерпевшего желания предать имущество преступнику добровольно, в том числе не препятствовать его изъятию преступником.

Верховный Суд Российской Федерации указал, что действия лица необходимо квалифицировать по ст. 159.3 Уголовного кодекса Российской Федерации только в том случае, если виновный совершил хищение посредством сообщения другому лицу «заведомо ложных сведений о принадлежности указанному лицу такой карты на законных основаниях либо путем умолчания о незаконном владении им платежной картой» [3].

Это дополнительный аргумент о необходимости наличия другого лица, кроме субъекта преступления, при совершении мошенничества, которое добровольно передает похищаемое имущество виновному или осуществляет добровольные действия, способствующие изъятию имущества.

Так, приговором Прокопьевского районного суда Кемеровской области от 28 марта 2019 года Б. осужден по п. «г» ч. 3 ст.

158 УК РФ за то, что найденной на земле банковской картой он рассчитался за произведенные в магазине покупки на общую сумму 5410 рублей, прикладывая бесконтактную банковскую карту к считывающему устройству кассового терминала, похитив таким образом данные денежные средства потерпевшего.

Однако с решением районного суда не согласился Кемеровский областной суд, который сославшись на п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» указал, что поскольку действия Б.

связаны с оплатой товара банковской картой потерпевшего, путем умолчания о незаконном владении им платежной картой, то действия Б. надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 159.3 УК РФ, как мошенничество с использованием электронных средств платежа.

Согласно разъяснений п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г.

№ 48 “О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате” похитить чужие средства можно и без карты, например с помощью чужого «мобильного банка» или системы интернет-платежей, тайно или обманув владельца.

Это кража, но если виновным не было оказано незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или на сами информационно-телекоммуникационные сети.

Из анализа судебной практики рассмотрения судами Республики Алтай уголовных дел по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ и ст. 159.

3 УК РФ следует, что действия лиц, которые оплачивали товары в торговых организациях найденными или похищенными банковскими картами, а также снимали денежные средства через банкоматы с банковских карт, которые им передали собственники, сообщив пин-код, квалифицируются судами как кража чужого имущества, в случае, если представителями торговой организации не выяснялись сведения о принадлежности банковской карты и осужденные не сообщали ложные сведения о принадлежности им банковской карты. В случаях же, когда лица сообщали представителю торговой организации ложные сведения о принадлежности банковской карты, например родственнику, их действия квалифицировались как мошенничество.

Таким образом, отграничению таких смежных преступлений, как кража имущества с банковского счета и мошенничество с использованием электронных средств платежа, будет способствовать тщательный анализ объективной стороны совершенного преступления, так как:

  1. При краже действия виновного должны быть тайными, в то же время при совершении мошенничества преступник действует открыто, общаясь с потерпевшим или иным лицом;
  2. При краже потерпевший или иное лицо не участвует в процессе изъятия похищаемого имущества, но при мошенничестве виновный посредством обмана понуждает другое лицо передать похищаемое имущество или совершать действия, способствующие изъятию имущества.

Источник: https://moluch.ru/archive/290/65744/

Прокуратура г. Карабулака разъясняет: «Особенности квалификации хищений чужого имущества, совершенных с банковского счета, а равно электронных денежных средств»

Кража с банковской карты квалификация

     Изменения направлены на повышение уголовно-правовой защиты граждан и организаций путем усиления уголовной ответственности за хищение чужого имущества, совершенного с банковского счета, а равно электронных денежных средств.

     Отличительной чертой таких преступлений является их специфика, совершить которые могут лица, как обладающие специальными знаниями в использовании технических средств, так и лица, завладевшие преступным путем технических средств, с помощью которых открывается доступ к банковским счетам.

     Высокая степень общественной опасности указанных противоправных деяний подтверждается тем, что они приводят к нарушению не только права собственности, но и банковской тайны.

     В зависимости от обстоятельств совершения таких преступлений действия виновного могут иметь разную уголовно-правовую квалификацию.

     Так, в ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) введен п. «г» – кража, совершенная с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного ст. 159.3 УК РФ).

     Для квалификации по этому пункту необходимо, чтобы действия виновного были тайными, то есть в отсутствие собственника, иных лиц либо незаметно для них.

     Если хищение с банковской карты совершено путем обмана или злоупотребления доверием, действия виновного квалифицируются по ст. 159 УК РФ.

     Например, когда денежные средства изымаются из банкомата тайно путем использования заранее похищенной или поддельной платежной карты, если выдача наличных денежных средств была произведена посредством банкомата без участия уполномоченного работника кредитной организации. В этом случае содеянное следует квалифицировать как кража (п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 “О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате”).

     Как тайное хищение следует квалифицировать действия и тогда, когда виновным потерпевший введен в заблуждение или обманут, под воздействием чего он сам передает злоумышленнику свою карту или сообщает персональный идентификационный номер – пин-код, а снятие денег с банкомата происходит без потерпевшего.

     Вместе с тем, если виновный открыто похищает непосредственно банковскую карточку, знает или при помощи применения насилия к потерпевшему узнает пин-код, такие действия, несмотря на последующее снятие денежных средств посредством банкомата в отсутствие потерпевшего, надлежит квалифицировать в зависимости от конкретных обстоятельств по ст. ст. 161 или 162 УК РФ.

     По ст. 159 УК РФ подлежат квалификации действия виновного, который, преследуя корыстные цели, придумал схему хищения денег путем обмана держателей банковских карт, которую реализовывал путем рассылки смс-сообщений с ложной информацией о денежном переводе на номера незнакомых абонентов.

Лица, которые верили его сообщению, перезванивали ему и по его инструкции как “сотрудника банка” осуществляли действия, в результате которых с их банковских карт денежные средства перечислялись на номера мобильных телефонов, находившихся у виновного, купленных заранее у неизвестных лиц.

Впоследствии данные денежные средства он обналичивал через банк.

     Если лицо использовало чужую, похищенную, поддельную банковскую карту, предъявляя ее для оплаты, например, в торговой организации или работнику банка для снятия наличных как свою, тем самым обманывая сотрудников, а, фактически не сообщая о незаконном использовании этой карты, то такие действия подлежат квалификации по ст. 159.3 УК РФ. Принципиальным отличием от изложенных выше составов преступлений в данном случае является то, что виновный обманывает в активной или пассивной форме сотрудника организации, уполномоченного в силу занимаемой должности производить списание денежных средств с платежной карты.

     Средством совершения преступления, предусмотренного ст. 159.3 УК РФ являются поддельная или принадлежащая другому лицу кредитная, расчетная, иная платежная карта. Используя названное средство совершения мошенничества, виновный приобретает имущество, услуги за счет принадлежащих держателю карты средств.

Следовательно, при указанной квалификации значение имеет принадлежность имущества на момент его изъятия в результате мошенничества.

Иными словами, потерпевшим от такого мошенничества становится владелец счета, с которого списываются денежные средства, несмотря на то, что в заблуждение относительно правомерности использования платежной карты вводится не потерпевший, а иное лицо.

     При этом надо учитывать положения ст. 10 УК РФ об отсутствии обратной силы у закона, ухудшающего положение обвиняемого, что означает, что по ч. 3 ст. 158 УК РФ и ст. 159.3 УК РФ могут быть квалифицированы только действия, совершенные после принятия Федерального закона от 23.04.2018.

     Таким образом, именно способ совершения преступления позволяет разграничить данные составы преступлений.

     Отсутствие разъяснений Верховного Суда РФ по делам указанной категории в настоящее время привело к тому, что понимание правильной квалификации складывается на основе правоприменительной практики.

Посмотреть новость на региональном сайте Прокуратуры

Актуальные новости и аналитика в прямом эфире

Источник: https://genproc.gov.ru/smi/news/regionalnews/news-1789594/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.